Чтобы оставить комментарий Вам нужно войти или зарегистрироваться.                                                 To leave a comment You need to login or register. 
Главная » Статьи » О жителях нашего края. » Народы и народности.
Башҡорт ере - Мой Башкортостан. часть1

Ссылки

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Статья 
"Башкиры" из энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (том 3,
С.-Петербург, 1891, стр.225-240). Орфография статьи приведена в соответствие с
современными правилами; вместо некоторых употребляемых автором сокращений
дается полная форма слов (вместо Б. - башкиры и т.п.). Имена собственные
оставлены в той форме, в которой их приводит автор статьи.

Башкиры или башкирцы
- народ тюркского племени, живут преимущественно на западных склонах и
предгорьях Урала и в окрестных равнинах. Но во второй половине 16 столетия им,
за небольшими исключениями, принадлежала вся земля между Камой и Волгой до
Самары, Оренбурга и Орска (тогда еще не существовавших), и на восток по Миясу,
Исети, Пышме, Тоболу и Иртышу до Оби. Башкир нельзя считать аборигенами этой
обширной страны; несомненно, что они пришельцы, заместившие собой какой-нибудь
другой народ, происхождения, может быть, финского. На это указывают ископаемые
памятники страны, названия рек, гор и урочищ, которые, обыкновенно, сохраняются
в стране, несмотря на смену племен, в ней обитавших; это подтверждается и
преданиями самих башкир. По всей сибирской степи рассеяны большие конические
курганы, известные в народе под названием чудских могил и резко отличающиеся от
небольших продолговатых монголо-татарских могил. Начиная с Алтая, курганы эти
идут по Енисею, Иртышу, Тоболу, Исети, Миясу до Уральского хребта. Они
встречаются также, хотя и в меньшем числе, в Самарской и Оренбургской степях,
например, в уездах бузулукском, верхнеуральском, троицком, челябинском. Нет
сомнения, что все они воздвигнуты одним и тем же неизвестным народом,
по-видимому давно исчезнувшим с лица земли, но во всяком случае не монголами и
не башкирами. Те и другие в самые отдаленные времена умели находить и плавить
железо, но обработка меди им до сих пор почти неизвестна. Но в "чудских
могилах" были находимы большей частью медные и бронзовые, реже золотые
изделия (стрелы, идолы, предметы домашнего обихода и украшений) или каменные
орудия, что доказывает глубокую древность этих курганов - принадлежность их к
каменному или бронзовому веку, железа же в них никогда не находили, тогда как
наоборот, в монголо-татарских могилах чаще всего находили железные изделия и
никогда - медных. Кроме курганов, по Уральским горам при отыскивании руд
нередко попадались другие памятники древних обитателей этой страны, именно
следы рудных разработок, шахты, имевшие вид узких коридоров, едва пропускавших
человека, но простиравшихся иногда на значительное пространство в глубину, и
орудия горного дела, свидетельствующие о существовании здесь в древние времена
медного металлического производства. Также находимы были следы древнего
добывания золота и серебра, но не железа. Судя по металлическому производству и
по отделке находимых в курганах вещей, так называемая Чудь в культурном
отношении очевидно стояла выше башкир и, вероятно, была ими вытеснена из
пределов юго-западной Сибири, а может быть и совсем истреблена. В названиях
рек, озер, гор, урочищ Оренбургского края встречается весьма много слов не
тюркского корня, например, Самара, Сакмара, Уфа, Ик, Мияс, Изер, Ильмен и др.
Напротив, реки, озера и урочища южных Оренбургских и Киргизских степей часто
носят названия татарские или киргизские, например Илек (сито), Яик (от яикмак -
расширяться), Иртыш (ир - муж, тыш - наружность) и т.д. Но собственно в
Башкирии татарских слов встречается больше в названиях поселений, нежели рек и
озер, что совершенно понятно, потому что первые большей частью не перенимались
от прежних туземных жителей, а давались новыми поселенцами, как, например,
Бузулук (телячий), Стерлитамак (томак - горло, устье) и т.п. По преданиям самих
башкир, они переселились в свои теперешние владения за 16-17 поколений, то есть
лет за 1000. С этим сходятся и показания арабских и персидских путешественников
9-13 столетий, которые упоминают о башкирах, как о народе самостоятельном,
занимавшем почти ту же территорию, как и в настоящее время, именно по обеим
сторонам Уральского хребта, между Волгой, Камой, Тоболом и верхним течением
Яика (Урала). А.Масуди, писатель начала 10 века, говоря о европейских башкирах,
упоминает и о племени этого народа, обитающем в Азии, т.е. оставшемся на
родине. Вопрос о племенном проишождении башкир является в науке весьма спорным.
Одни (Штраленберг, Гумбольдт и др., а в новейшее время Уйфальви) признают их за
народ угро-финского племени, только впоследствии принявший монгольский тип;
киргизы называют их истяк (остяк), из чего также выводят заключение о финском
их происхождении; некоторые историки производят их от булгар. В простонародии,
особенно в Пермской губернии, башкир называют татарами и вообще не отличают их
от татар. Д.А.Хвольсон производит башкир от вогульского племени, составляющего
отрасль угорской группы народов, или часть большой алтайской семьи и с-читает
их родоначальниками мадьяр. Путешественники 13 века, посещавшие страну башкир,
называли ее "Великой Венгрией". Один из них, Рубруквис, рассказывает,
что великая река Ягаг (Яик) течет с севера из земли Паскатир (башкир), что язык
у этих паскатуров один и тот же с венграми, и что из этой страны паскатиров
вышли некогда гунны, прозванные впоследствии венграми. Само имя башкиры,
Д.А.Хвольсон, основываясь на сказаниях восточных писателей, производит от
баджгард (башгард, башкарт, башкирт, башкир), также как и название мадьяр
(баджгард, баджгар, моджгар, маджгар, мадьяр). Согласно этому взгляду древние
башкиры говорили на мадьярском языке, и только впоследствии, под влиянием
татар, отуречились и приняли свой нынешний язык, весьма близкий к татарскому
(казанско-оренбургскому). Основываясь на языке и других этнографических признаках
(одежда, пища, жилища, развлечения) В.М.Флоринский приходит к тому заключению,
что башкиры - племя тюркского происхождения, и даже не отличает их от татар
(которых не следует смешивать с монголами). Что башкиры весьма близки татарам,
подтверждается и анатомическими данными и краниологическими исследованиями
Н.Малиева (см.ниже). Название же башкир многие производят от татарского слова
баш - голова и тюрко-татарского - курт, означающего многих насекомых, например
пчелу, или же от башка-юрт - отдельное племя. Первое объяснение считается более
правдоподобным на том основании, что башкиры лесистых и горных местностей
исстари занимались пчеловодством. Заняв новый край, башкиры разделили землю по
родам. Одним достались горы и леса, другим привольные степи. Страстные охотники
до лошадей, они держали у себя и бесчисленные стада рогатого скота, а степные -
и верблюдов. Кроме того лесные башкиры занимались и звероловством и
бортничеством. Лихие наездники, они отличались смелостью и безграничным
удальством; всего выше ставили личную свободу и независимость, были горды и
вспыльчивы. У них были князья, но с весьма ограниченной властью и значением.
Все важные дела решались не иначе как в народном собрании (джиин), где всякий
башкир пользовался правом голоса; в случае войны или набега джиин никого не
принуждал, а каждый шел по доброй воле. Такими были башкиры до Батыя, такими
остались и после него. Найдя в Башкирии соплеменников, Батый дал им тамги
(знаки) и разные преимущества. Вскоре при хане Узбеке (1313-1326) в Башкирии
утвердился ислам, который еще раньше проник сюда. Позднее, когда Золотая Орда
распалась на отдельные царства, башкиры платили ясак различным властителям:
одни, жившие по рекам Белой и Ику, - царям казанским, другие, кочевавшие по
реке Узеню, - царям астраханским, а третьи, обитатели гор и лесов Урала - ханам
сибирским. Сбором одного ясака и ограничивались отношения ордынцев к башкирам;
внутренний быт и самоуправление остались неприкосновенными. Горные башкиры еще
более развили свои силы и всецело сохранили свою независимость; степные
обратились в мирных кочевников, а те из них, которые породнились с уцелевшими
от татарского погрома болгарами (волжскими), начали даже привыкать к оседлой
жизни. Киргизы, непримиримые враги башкир, трепетали при одном имени "горцев",
а на степняков делали набеги часто с успехом. это обстоятельство дало
возможность ногаям утвердиться в степной Башкирии, над которой они
господствовали и которую они защищали от киргизов. С русскими башкиры пришли в
соприкосновение еще задолго до покорения Казани. Несомненно, что предприимчивые
новгородцы завели торговые сношения с башкирами, так как соседняя Вяцкая страна
стала заселяться новгородскими выходцами еще в 12 веке, а реки Вятка, Кама и
Белая служили лучшим естественным путем для сношений между народами, по ним
обитавшими. Но, чтобы новгородцы имели на берегах Камы постоянные селения - это
сомнительно. Затем имееця известие, что в 1468 г. в царствование Иоанна III,
воеводы его, "воюючи казанские места", ходили воевать и в Белую
Воложку, т.е. проникли до реки Белой. После похода 1468 г. нет никаких
указаний, чтобы русские вторгались в Башкирию и только в 1553 г., по завоевании
Казани, русская рать усмиряла народы, зависевшие от Казанского царства, и
разоряла татарские жилища до отдаленных пределов башкирских. Тогда-то,
вероятно, башкиры, теснимые набегами киргиз-кайсаков с одной стороны, с другой
же, видя усиливающуюся власть московского царя, добровольно приняли русское
подданство. Но точных исторических данных о том, чтобы они явились в Москву с
челобитной, как это сделали Орские люди и луговая Черемиса, не имеется. Как бы
то ни было, но в 1557 г. башкиры уже платили ясак, а Иоанн Грозный в завещании,
писанном в 1572 г., поручает сыну своему Казанское царство уже "с
Башкирдою". Рычков повествует, что Грозный, приняв башкир под свою высокую
руку, выдал им грамоту на владение всею их землею на вечные времена, согласно
их народным правам и обычаям и обложил ясаком, который приказал вносить через
казанских воевод медом, звериными шкурами и деньгами (по 25 к. с юрты). Многие
башкиры были освобождены от ясака, но зато обязаны были военною службою и
получили наименование тарханов. Тарханы не были служилыми людьми в строгом
смысле этого слова. Они составляли нечто среднее между ясачными или тяглымы инородцами
и инородцами служилыми, которые частью сливались с русскими служилыми людьми,
частью составляли особый класс служилого сословия в Московском государстве.
Подобно последним, тарханы обязаны были нести службу воинскую, вследствие чего
в разрядных книгах причислялись к инородцам служилым, но они не получали за
службу определенного корма; как и все ясачные и тяглые люди, тарханы жили на
одних с ними землях, занимались тем же, чем и те, подлежали ведению одних и тех
же властей, различаясь от них только тем, что не платили ясака. Тарханство было
личное и потомственное. Из тарханов вышли многие дворянские роды; так
башкирские княжеские роды Аптуловы, Турумбетевы, Девлетшины, Кулюковы и др.
пользовались прежде тарханством. Во время походов тарханы составляли особые
отряды в войске, к ним присоединялось ополчение, набиравшееся с тяглых и
ясачных; начальство над ними всегда поручалось русским головам. Вскоре после
принятия русского подданства башкиры, находя обременительным доставлять ясак в
Казань, и терпя от набегов соседних племен, просили цря построить на их земле
город. В 1856 г. воевода Иван Нагой приступил к основанию города Уфы, которая
была первым русским поселением в Башкирии, если не с-читать Елабуги,
построенной на самой границе Башкирских земель. В том же 1586 г., несмотря на
противодействие ногайского князя Уруса, построена была и Самара. В воеводском
наказе 1645 года упоминается про строжек Мензелинск; в 1658 г. построен город
Челябинск для прикрытия слобод, раскинувшихся по реке Исети (в нынешней
Пермской губернии); в 1663 г. уже раньше существовавший Бирск возводится в
укрепленный форт, занимающий средину пути от Камы к Уфе. Одновременно с
построением Уфы начинается колонизация края: татары, мещеряки, бобыли, тептеры,
черемисы и другие инородцы поселяются у башкир, как припущенники
(ново-башкиры), снимают у них земли за оброк, а русские сперва занимают
сибирские слободы (в нынешнем челябинском уезде). Но в то же время начинается в
Башкирии глухое брожение, враждебное Москве. Причины такого настроения
заключались в том значении, которое Башкирия приобрела с падением мусульманских
царств. эта обширная и привольная страна, на которую до русского господства
мало обращали внимания татарские князья, мурзы и муллы, заботясь только о сборе
с ее населения дани, теперь сделалась убежищем для тех мусульман, которые не
хотели оставаться в русских пределах (таково происхождение ново-башкир); она же
служила прибежищем для тех лиц, которые не теряли надежды на восстановление
сильного мусульманского царства; сюда же приходили и беглые русские люди,
которые проникали всюду. Отсутствие городов, слабость правительственного
надзора, который не проникал в горы и леса, облегчали работу беглых элементов,
враждебных Москве. Правительство чувствовало опасность и старалось упрочиться в
стране. Башкиры разделены были на волости, которые образовали 4 дороги (части):
сибирскую, казанскую, ногайскую и осинскую. По Волге, Каме и Уралу раскинута
была сеть укрепленных мест, носивших названия городов, острогов, зимовий.
Некоторые из этих городов делались центрами уездного или областного управления,
которому подчинены были и инородцы, приписанные к этому уезду. Башкиры вошли в
состав уездов казанского, уфимского, кунгурского и мензелинского. Города и
уезды сообщались между собой большей частью водяными сообщениями, но
устраивались и сухопутные дороги (впрочем неудовлетворительные). В каждой
отдельной области город с подведомственной ему линией острогов, слобод, зимовий
прорезывал инородческое население на части и не допускал эти части до
соединения в прежнее целое. Из этих линий самая значительная была Закамская,
которая проведена была от Волги по реке Черемшан; через степи сделан был вал и
засеки. При Алексее Михайловиче города, построенные по этой линии Ерыклинск,
Тиинск, Билярск, Новошешминск, Заинск, Мензелинск заселены были пленными
поляками. Но все эти меры оказались недостаточными. В 60-80 лет муллы - выходцы
из бывшего Казанского царства, нафанатизировали башкирское население. К этому
присоединились поборы воевод, захват башкирских земель. Уже в первой половине
17 века начинаются волнения. Тщетно Соборное Уложение 1649 г. (гл.16 п.43 и 44)
запрещает приобретение башкирских земель и даже арендование их на
продолжительные сроки; тщетно посылаются государевы указы о непритеснении башкир
при сборе ясака. Центральное правительство было не в силах обуздать своих
агентов на столь отдаленных окраинах. Но все эти меры оказались недостаточными.
В 60-80 лет муллы - выходцы из бывшего Казанского царства, нафанатизировали
башкирское население. К этому присоединились поборы воевод, захват башкирских
земель. Уже в первой половине 17 века начинаются волнения. Тщетно Соборное
Уложение 1649 г. (гл.16 п.43 и 44) запрещает приобретение башкирских земель и
даже арендование их на продолжительные сроки; тщетно посылаются государевы
указы о непритеснении башкир при сборе ясака. Центральное правительство было не
в силах обуздать своих агентов на столь отдаленных окраинах. В 1662 г.
вспыхнуло восстание под предводительством Сеита. Своей конечной целью восстание
имело возрождение мусульманской независимости во всем Казанском крае и Сибири.
В 1663 г. воевода Зеленин подавил восстание. За усмирением следует строгое
воспрещение притеснять башкир с предписанием "держать с ними ласку и
привет" и "их государевою милостью обнадеживать". Спокойствие в
крае водворено, но ненадолго. В 1705 г. вспыхнуло восстание, еще более упорное.
В 1707 г. один из башкир назвав себя Святым Султаном, задумал восстановить
магометанское царство. Он ездил в Крым и Константинополь, пробрался на Кубань и
к горским народам, чеченцам, мичкисам, аксайцам. Многие к нему пристали, в том
числе кумыки, аграханские казаки-раскольники, окочены и татары, но 26 февраля
он был разбит под Терком, и полчища его рассеяны. В то же время в самой
Башкирии кипел бунт. Главными вождями восстания явились: на Осинской дороге
Кусюм, на Казанской - Измаил, на Ногайской - Алдар. Башкиры осаждали Уфу, Бирск
и Мензелинск, выжгли села по рекам Белой, Каме и Самаре и уже были в 30 верстах
от самой Казани. Петр, занятый войной со шведами, не мог отрядить против них
значительного войска. Боярин кн. Петр Иванович Хованский вступил было в мирные
переговоры, но башкиры не были к этому склонны: они жаловались на тяжесть новых
налогов, на рекрутскую повинность, и заявили, что путем восстания они хотят
дать знать царю, что их челобитные на притеснения воевод до него не доходят.
Удачные действия русских заставили их смириться. Мятежникам объявлено было
прощение. Но внутри Башкирии мятеж не утихал. Петр разрешил собрать вольницу и
истреблять башкир всячески, огнем и мечом. На зов явились калмыки. Две орды, по
10000 каждая, под начальством стольника Бахметева, вторглись в Башкирию, жгли
селения, грабили скот, резали мужчин, уводили в плен женщин и детей. Восстание
было подавлено, но едва удалились калмыки, оно вспыхнуло с новой силой.
Последовало вторичное вторжение калмыков. Наконец приступлено было к более
действительным мерам. В 1720 г. стоявший с войском в Мензелинске граф Головкин
отправлен был в Уфу с грамотой: царь сулил башкирам прощение, но с тем, чтобы
они выдали беглых и вперед их не принимали. В то же время Головкину поручено
было исследовать причины бунтов. Башкиры смирились и обещались выдать беглых,
прибывших за последние 10 лет. Действительно с 7 июня 1720 по 1 марта 1722 г. в
Казань было ими доставлено 4965 беглых семей, а людей обоего пола 19815. Но
волнения не прекращались. Петр думал о более прочных мерах для умиротворения
края; но смерть помешала ему, и мысль его на время была забыта, хотя не умерла
вовсе. В 1728 г. явилась в Москву башкирская депутация, во главе которой был
Ярней Янчурин, с челобитной от башкир всех четырех дорог. Башкиры указывали на
поборы воевод, на захваты их земель, на то, что аманатов (заложников) их
употребляют на тяжелые работы. Правительство приняло эту челобитную милостиво
и, согласно желаниям башкир, отделило в 1729 г. Уфимскую провинцию от Казанской
губернии, подчинив ее непосредственно сенату. Удовлетворены были и другие
жалобы башкир. В том же 1729 г. они были освобождены и от рекрутской
повинности, впредь до нового указа. Но в то же время в правительственных сферах
были и другие течения. В 1730 г. явилась записка одного тогдашнего
государственного человека, вероятно А.П.Волынского. Записка припоминает
мусульманскую религию башкир, их прежние жестокости по отношению к русским,
указывает на необходимость держать в Уфе умного воеводу, снять карту Башкирской
земли, собрать подробные сведения о крае, привести в порядок старые крепости и
построить новые. Еще решительнее выступил в 1734 г. известный Кирилов, один из
учеников петровской школы, составитель книги: "Цветущее состояние
Российского государства" и первого атласа России. Кирилов имел случай
слышать лично от Петра его предположения и ждал первого случая, чтобы
осуществить их. Случай представился превосходный. От Алтайских гор до
Аральского моря, Хивы и Бухары кочевали орды Киргиз-Кайсацкие, сгруппировавшиеся
в конце 15 века из разных сходцев тюркского племени около одного ханского дома.
Теснимые зюнгарским ханом Галдан-Черенем, две орды, средняя и меньшая,
появились близ русских пределов. После столкновения с башкирами, калмыками и
уральскими казаками, хан меньшей орды Абул-Хаир предложил России свое
подданство и просил построить город на реке Ори, в котором бы он мог найти себе
убежище в случае нужды. Тогда-то выступил с своим предложением Кирилов; он
указывал на то, что из города на Ори может идти русская колонизация в
Башкирскую землю, а необходимость этой колонизации сознавал и Петр, приказывая
искать руды на башкирских землях, и она уже началась с распространением
заводов. Отсюда же, полагал Кирилов согласно предначертаниям Петра, русское
влияние должно было распространиться и на Среднюю Азию: отсюда открывался путь
русским товарам в Бухару, Бадахшан и Индию. Чтобы поддерживать власть над
башкирами Кирилов советовал не давать им примириться с киргизами. Поэтому он
предполагал сделать новый город не только крепостью и административным центром,
но и центром торговым и промышленным. Все эти предложения были приняты, и город
Оренбург получил большие льготы; позволено в нем селиться русским и
иностранцам, всяких вер и званий; земля под постройки давалась поселенцам
безденежно, учреждался магистрат. Строить город были посланы Кирилов с
Тевкелевым, для охраны им был дан отряд из местных войск. Город велено строить
тептерям; при экспедиции были геодезисты для составления карт и техники. Прибыв
в Уфу, Кирилов занялся приготовлениями к строению города; сюда приехали к нему
башкиры, которых он обнадежил разными льготами, ибо правительство всеми мерами
старалось склонить их на свою сторону. Так, отменялся обычай брать от башкир
заложников, а вместо того призывались они, как члены вновь учреждаемого суда;
обещана была им охрана землевладения, оставление на своих местах беглых и т.п.
Башкиры казались довольными, но замышляли иное. В это время их восстания
получают уже иную основу; мусульманская пропаганда теряет свое значение,
надежды на восстановление магометанского царства почти исчезли, но башкиры, уже
раньше жаловавшиеся на единичные захваты их земель, начинают опасаться за самое
существование своих земельных владений. И в самом деле колонизация сплошной
стеной надвигалась на Башкирию. В 1699 г. начали строить Невьянский завод,
подаренный Петром в 1702 г. предприимчивому Демидову; затем явились заводы
Уктусский, Каменский, Алапаевский, Сысертский, Тагильский, Исетский и др.;
возник Екатеринбург - место главного управления горными заводами. К концу
царствования Петра при одних казенных заводах было 5422 души муж. пола. Все эти
заводы лежали вне башкирских земель, но они к ним уже подступали. В 1724 г.
башкиры ограничены были в праве владения лесами, которые подразделены были на
заповедные и незаповедные. В постройке г. Оренбурга (который Кирилов заложил
там, где теперь Орская крепость) они видели дальнейшую меру лишения их
земельной собственности. Они решили сопротивляться. В 1735 г. вспыхнуло
восстание под предводительством Кильмяк-Абыза. По первым же слухам о восстании
назначен был Александр Иванович Румянцев идти усмирять его. Несмотря на
турецкую войну даны были регулярные войска, которые и двинулись в Башкирию под
начальством Румянцева. Со стороны сибирской действовал известный историк
В.Н.Татищев, бывший в то время главным начальником горных заводов в Сибири и
Перми. В июне 1736 г. большая часть Башкирии была выжжена и разорена. В то же
время принимаются меры к усилению в Башкирии русских и других благонадежных
элементов. Указом 1736 г. русским разрешено приобретение башкирских земель, а
мещерякам, оставшимся верными и в бунтах не участвовавшим, предоставлено было
право собственности на те земли, которые они до того арендовали у
башкир-бунтовщиков. В 1739 г. тептери и бобыли, которые составляли род
крепостных по отношению к природным башкирам, освобождены были от платежа
оброка башкирам-бунтовщикам, а тем из них, которые не желали платить оброка и
башкирам, оставшимся верными, предоставлено было занимать земли башкир-бунтовщиков
без всякого вознаграждения прежних собственников. Вместо Румянцева прислан
Хрущов, который, забирая башкир в качестве заложников, перебивал их; иначе
поступал Татищев: он только отбирал оружие и заставлял присягать на Коране.
Между тем в апреле 1737 г. умер от чахотки Кирилов. Его место занял Татищев.
Последний предлагал перевести Оренбург дальше к Красной горе (где теперь
Красногорская крепость), а для окончательного умиротворения края он признавал
нужным не одни только военные действия и меры устрашения, но главным образом
улучшения в области управления и аграрных отношений башкир и мещеряков. Татищев
предложил ряд соответствующих мероприятий, но сделать ничего не успел, так как
через год был сменен. На его место главным командиром Оренбургской экспедиции
назначен был кн. Урусов. При нем восстание не только не утихает, но разливается
с еще большею силою. Башкиры провозглашают своим ханом Султан-Гирея, по
прозвищу Каракасал (см. это сл.). В 1740 кн. Урусов вместе с Соймоновым,
сменившим Хрущова, подавляет, наконец, восстание. При этом сожжено и разорено
было 696 жилых деревень, и, по одним официальным рапортам, башкиры потеряли
убитыми 16634 человека, сослаными в разные места до 4000; кроме того 301 чел.
были наказаны отрезыванием носа и ушей, отобрано было множество верблюдов,
лошадей и рогатого скота. Смерть Урусова в Самаре (1741) прекращает его
деятельность. В области внутреннего управления он успел только обнародовать
именной указ, который изменил волостное управление в башкирских волостях, и родовых
старшин, управлявших дотоле волостями по праву рождения, заменил старшинами,
есаулами, писарями, сотниками, избираемыми под надзором администрации.

 
 
 
Категория: Народы и народности. | Добавил: admin (21.01.2011)
Просмотров: 527 | Комментарии: 2 | Теги: Колонизация башкирского народа, История башкир, Геноцид башкир Россией | Рейтинг: 1.5/2
Всего комментариев: 2
avatar
1
Мой многострадальный народ facepalm
avatar
0
2
А СОВРЕМЕННИКИ алкаши
avatar